На главную
слоган
[На главную]     [Eng]
+7 727 229 31 04
info@trekkingclub.kz
menu

Горные системы Казахстана: центральный Тянь-Шань

   

   Общие сведения 
   История исследования Центрального Тянь-Шаня 
   Рельеф района 
   Климат 
   Растительный мир 









 

Тянь Шань ОБЩИЕ СВЕДЕНИЯ
 
Тянь-Шань - "Небесные горы" - раскинулся на огромном пространстве. Более чем на 2500 км протянулись его хребты через центральную часть Азии, более 1200 км находятся в пределах бывшего СССР. 
  Центральная часть горной системы - наиболее высокая, где смыкаются почти параллельные широтные хребты восточного Тянь-Шаня, лежащего в пределах Китая. Вся центральная и западная части Тянь-Шаня находятся на территориях бывших союзных республик. Здесь, в сложном переплетении хребтов поднимаются величайшие вершины Тянь-Шаня: пик Победы (7439м) и Хан-Тенгри (7010м). 
Отсюда хребты снова расходятся в Тянь Шаньзападном направлении. 
  Северные хребты бывшей советской части Тянь-Шаня - Заилийский и Кунгей Алатау огибают с севера большое высокогорное озеро Иссык-Куль. Далее на запад тянутся хребты Киргизский Алатау, Таласский, Угамский, Пскемский и Чаткальский, не считая менее значительных. Эта серия почти параллельных хребтов окаймляет с севера Ферганскую долину.
  С востока Центральный Тянь-Шань огражден сравнительно короткой цепью гор, направленных с севера на юг, - хребтом Меридиональный. На запад от него отходят широтные хребты: Сарыджасский и Терскей-Алатау, Сталина, Каинды и огромный Кокшаал-тау, охватывающий центральную часть Тянь-Шаня с юга. На западе эта часть горной системы заканчивается Ферганским хребтом, протянувшимся с юго-востока на северо-запад.
  В пределах этих границ расположено множество гор. Их венчают то снежные конусы, то остроконечные пики. Но не весь Центральный Тянь-Шань представляет собой область высоких снежных гор. Они сконцентрированы в основном между хребтом Меридиональным и другим, почти параллельным ему хребтом Акшийряк. Дальше значительная часть пространства занята округлыми, преимущественно бесснежными горами, перемежающимися с обширными холмистыми плоскогорьями - сыртами.
Тянь Шань  От юго-западного угла Центрального Тянь-Шаня отходит на запад еще серия хребтов, имеющих общее название Памиро-Алтай. Многие ученые считают их также принадлежащими к системе Тянь-Шаня. Это прежде всего скалистый Алайский хребет, окаймляющий с юга Ферганскую долину. У своего западного окончания Алайский хребет образует мощный узел и разветвляется на Зеравшанский и Гиссарский хребты. От первого из них далее ответвляется Туркестанский хребет.

  Центральный и внутренний Тянь-Шань

  По орографическому строению Тянь-Шань обычно разделяют на Северный, Западный, Центральный, Внутренний и Восточный (последний на территории Китая). Туристы и альпинисты обычно в свой классификации Центральный и Внутренний Тянь-Шань, считают район хребтов Каинды, Иныльчек-Тоо, Сары-Джаз, Тенгри-Таг восточной частью центрального Тянь-Шаня, а хребты Куйлшю, Акшийрак, Джетымбель, Нарын-Тоо, Борколдой, Ат-Бышы и остальную часть хребта Терскей Ала-тау просто к Центральному Тянь-Шаню. 


  ИСТОРИЯ ИССЛЕДОВАНИЯ ЦЕНТРАЛЬНОГО ТЯНЬ ШАНЯ

  Предгорья Тянь-Шаня, так же как и другие районы Средней Азии, были заселены с доисторических времен. Следы пребывания древнего человека найдены во многих долинах Тянь-Шаня, в том числе в его высокогорной части; некоторые находки датируются более чем тысячелетием до нашей эры. Даже на дне высокогорного озера Иссык-Куль есть остатки древних строений. Однако сведения о горах Тянь-Шаня, тем более о его высокой центральной части, просачивались в географическую науку очень медленно. Накапливались знания о Тянь-Шане теми же путями, что и о других горных районах Азии. С этой точки зрения высокогорный Тянь-Шань был, пожалуй, в еще более неблагоприятных условиях, чем Памир. Монгольские народы из восточной части Азии двигались на запад севернее основных цепей Центрального Тянь-Шаня, через Джунгарские ворота. Торговые пути, связывающие Восток и Запад, также обходили эти хребты, но с севера или с юга.

  Южнее, в бассейне р. Тарим, находилась легендарная земля исседонов "Серика", через которую в западные страны шли китайские шелка. Греческий географ и историк Геродот упоминает о путешествии в эти страны Аристаса Проконесского (VII в.до н.э.), причем, по его словам, на север от мест, населенных исседонами и их западным соседями агриппами, находится малоизвестная высокая и недоступная горная страна. Где-то в этих же местах проходил маршрут путешествия, описанного Маеом Тицианусом.
  Ранее уже говорилось о том, что первые достоверные сведения и представления о географии Средней Азии были добыты китайскими путешественниками. В частности, Чжан Цзан во время своего 'путешествия в Ферганскую долину (126 г. до н. э.) пересек, по-видимому, часть Тянь-Шаня и побывал у озера Иссык-Куль. Китайская география времен династии Хань (114 г. до н. э.) уже определенно упоминает о горах Музарт (теперь известен перевал Музарт в западной части хребта Халыктау, в восточном Тянь-Шане,- Рихтгофен полагает, что Чжан Цзан прошел через него) и об озере Иссык-Куль. Известен был и северный путь через Цун-лин (Луковые горы, включавшие Памир и западную часть Тянь-Шаня), ведущий на запад в Коканд и на северо-запад, в район Аральского моря.
  Первые китайские буддистские путешественники, несомненно, прошли в Индию вдоль южных предгорий Тянь-Шаня. Знаменитый Сюань Цзян (VII в.) начал свое путешествие из Китая по северной дороге до Хами, затем свернул на запад, пройдя вдоль южного подножия Тянь-Шаня до города Аксу. Отсюда он снова двинулся на север и пересек хребты Центрального Тянь-Шаня, а впоследствии первым описал эти снежные горы. Трудно точно установить, каким перевалом он воспользовался. Поскольку считается, что он вышел к восточному берегу оз. Иссык-Куль, полагают, что путешественник воспользовался перевалом Музарт. Этому выводу способствует также приводимое в описании название Шин-Шан, что в переводе означает ледяная (или снежная) гора.
  Как известно, на тюркском языке этому соответствует Муз-тау, и соответственно ледяной перевал - Музарт. Но из Аксу он с таким же успехом мог двинуться и к перевалу Бедель. Этот очень трудный переход произвел неизгладимое впечатление на Сюань Цзяна. Особенно опасен был перевал. Многие из спутников Сюань Цзяна погибли в горах. Путешественник так описывает вершины Тянь-Шаня: "С начала мира снега, здесь накопившиеся, обратились в ледяные глыбы, которые не тают ни весной, пи летом. Гладкие поля твердого и блестящего льда тянутся в беспредельность и сливаются с облаками. Путь проходит нередко между нависающими с обеих сторон ледяными пиками и через высокие ледяные массы".
  Сюань Цзян предупреждает, что в этих местах нельзя надевать красных одежд, нельзя громко разговаривать, иначе путника ждут неисчислимые беды, снежные и каменные обвалы и т. д.
  В течение следующего тысячелетия в науку не поступает почти никаких новых сведений о высокогорном Тянь-Шане. Начиная с VIII в., когда в Средней Азии установилось владычество арабских завоевателей, и до нашествия Чингиз-хана в XII-XIII в. Тянь-Шань лежит в стороне от торговых путей и не посещается учеными и путешественниками. Скудные данные об этой стране в арабской географии того времени по существу не выше уровня знаний, приводимых в китайских источниках VII-VIII вв.
  Только в XVIII в. представления о Тянь-Шане несколько пополнились. В 1708 г. иезуитские миссионеры приступили по поручению Ихун Лунга - императора Китая к составлению карты его владений и сопредельных стран, В течение десяти лет Галлерштейн, Феликс Арога и Эспиний с помощью весьма сведущих китайских землемеров изучали страну. Составленная в результате этой работы карта была издана в 1821 г. Однако западная часть Китая была нанесена на карту несколько позже, в середине XVIII в. Чтобы собрать материал по этому району, исследователи добрались до оз. Иссык-Куль и побывали в долине р. Или. Карта обладала замечательной особенностью: составители ее сравнительно точно определили географическое положение многих посещенных ими мест по звездам,- этот метод давно был известен в Китае. Поэтому их труд в течение многих лет служил основой для многих других более поздних карт.
  Некоторые сведения о Тянь-Шане были известны и русским. Так, например, в известной "Книге Большому чертежу" (конец XVI в.), составление которого было начато еще по повелению Ивана Грозного, верхняя часть р. Сыр-Дарьи изображена более верно, чем даже у английского путешественника Вуда (1838 г.). Это и немудрено: известно, что торговые связи между Московским государством и странами Азии существуют с очень давних времен. Не только купцы, но и посольства, имевшие специальное поручение описывать посещенные страны, проникали из Москвы на Восток. Так, например, О. И. Байков, посол царя Алексея Михайловича, на пути в Пекин прошел через Джунгарию.
  С началом XVIII в. русские все более подробно знакомятся со Средней Азией, в частности с ее восточной частью, к которой принадлежит и Тянь-Шань.
  Петр Первый стремится установить сношения с Индией по р. Аму-Дарье. Две экспедиции направились в Азию: полковника Бухгольца в Сибирь и князя Бековича-Черкасского в Закаспийский край. Обе экспедиции, как известно, были неудачными. В числе многих участников разгромленного отряда Бухгольца, попавших в плен к калмыкам, был швед И. Ренат. Пробыв в плену 17 лет (1716- 1733 гг), он хорошо познакомился с Джунгарией. В Европу Ренат вернулся с составленной им картой Джунгарии и прилегающих частей Сибири и Средней Азии. Карта эта долгое время была неизвестна, ее копия была найдена лишь в конце 70-х годов XIX в. в одной из шведских библиотек и затем опубликована в 1881 г. русским географическим обществом. Даже к моменту опубликования карта во многом превосходила более поздние.
  Немало дало для познания Центральной Азии известное путешествие Ф. Ефремова. В 1774 г. он был уведен в плен в Бухару. Там Ефремов стал офицером в войсках хана и совершил ряд путешествий в соседние страны. Тоска по родине заставила его бежать. Путь на запад был закрыт, и Ефремов двинулся на восток: через Коканд и Кашгарию он пробрался в Тибет, оттуда в Кашмир и Индию, а из Индии в Англию. В Россию он вернулся лишь в 1782 г. Ефремов первым из европейцев прошел через Терекдаванский перевал.
  С начала 30-х годов влияние русского государства среди феодалов кочевых племен так называемой "киргизской степи" (Северный Казахстан) усилилось настолько, что путешествия к восточной части Средней Азии стали более доступными, а потому и сравнительно частыми. Если капитан Унковский в 1823 г. составлял карту Джунгарии по расспросным данным, то уже в 1832 г. подполковник Угрюмов смог составить карту этого района Азии по личным наблюдениям.
  Как для других районов Азии, так и для Тянь-Шаня период сбора отрывочных сведений кончается с появлением крупных обобщающих трудов А. Гумбольдта, К. Риттера и, несколько позже, Рихтгофена. А. Гумбольдт первым сделал попытку не только обобщить все сведения о географии Азии, но и построить тогда еще предположительную систему орографии материка.
  Немаловажная роль в этом построении была отведена Тянь-Шаню, который Гумбольдт причислял к главным широтным цепям гор Азии. Представление об этих все еще почти неизвестных горах у ученого было весьма своеобразным. В его описании это цепь настоящих вулканических гор. Тянь-Шань пересекается с легендарным хребтом Болор, а далее на запад продолжается хребтом Асферк, который заканчивается на меридиане Самарканда. Невдалеке отсюда в хребте находится вулканическая группа Ботм. Об этом вулкане сообщал еще арабский географ Идиси. Восточнее Болора Гумбольдт называет в Тянь-Шане Терек-таг, Кок-Шал, Темурту-таг, вулканы Бай-Шань, Турфана и др. Цепь оканчивается у меридиана Хами и исчезает в песках пустыни Гоби. Автор склонен рассматривать Тянь-Шань и как более обширную горную страну, считая, что Кавказ- западное продолжение этой цепи гор, а на восток, за Гоби, в нее нужно включить горы Ин-шал, тянущиеся почти до побережья Тихого океана. Геология того времени имела весьма ярко выраженное "вулканическое направление". Быть может поэтому, а также из-за неточных сведений древних авторов, но, во всяком случае, Гумбольдт считал Тянь-Шань крупным центром активной вулканической деятельности. Не остановило ученого и то, что это нарушало основную закономерность, согласно которой вулканы на поверхности Земли встречаются главным образом на островах и вблизи берегов крупных морских бассейнов.
  Гумбольдт различал несколько центров вулканической деятельности на Тянь-Шане. Особенно интенсивной, по его мнению, она должна быть на востоке, около Урумчи, у Кульджи, Турфана, вблизи оз. Иссык-Куль. Центрами вулканической области ученый считал Богдо-оло и громадный вулкан Бай-Шань.
  Любопытно и характерно для географии того времени, что Бай-Шань - гору, известную по китайским источникам, считали вулканом на том основании, что некоторые авторы называли ее Хо-Шань (Огненная гора). Другой путешественник, Мейер, принял за вулкан гору Уртень-тау только из-за ее названия, которое в переводе означает Горелая сопка.
  Уже в 1840 г. А. Шренк во время своего путешествия в Джунгарский Алатау доказал, что остров Арал-тюбе в оз. Алаколь совсем не вулкан, вопреки мнению Гумбольдта, основывающегося на неверных показаниях других путешественников. Двенадцать лет спустя, горный инженер Влангали, посетив эти же места, также не обнаружил никаких следов вулканизма и вулканических пород. Оставалась высокогорная и все еще недоступная часть Тянь-Шаня. Если по окраинам горной страны нет вулканов, то, быть может, они в ее центре? Но и на этот вопрос наука ответила сравнительно быстро.
  В начале 50-х годов позапрошлого века русские войска заняли так называемый Заилийский край. В 1845 г. в предгорьях Заилийского Алатау было основано укрепление Верный (теперь г. Алматы (Алма-Ата). Русские ученые получили доступ в Тянь-Шань.
  ...Достроен лишь первый дом в Верном, еще в горных долинах продолжались столкновения между враждующими родами киргизов, но уже двигался к Тянь-Шаню молодой ученый ботаник П. П. Семенов (впоследствии за заслуги по изучению этой горной страны получивший к своей фамилии приставку Тян-Шанский).
  П. П. Семенов относится к плеяде замечательных русских путешественников XIX в., исследователей с широкой и разносторонней подготовкой и интересами. Будучи ботаником по специальности, он тем не менее собрал и обобщил интересные и важные материалы по орографии и геологическому строению, фауне посещенной страны, описал ее население. "Главное мое внимание,- писал П. П. Семенов в Географическое общество после окончания экспедиции,- было обращено на исследование горных проходов, так как высота их определяет среднюю высоту хребтов, а разрез - географический профиль и строение горных цепей, не говоря уже о важности их как путей сообщения между соседними странами. Наконец, не менее внимания обратил я на изучение общих черт орографического и геогностического строения, страны и на вертикальное и горизонтальное распределение растительности".
  Выехав весной 1856 г. из Петербурга, П. П. Семенов достиг укрепления Верный лишь 1 сентября. Вечером следующего дня в сопровождении небольшого отряда он отправился на восток вдоль предгорий Северного Тянь-Шаня. Насколько дикими были в ту пору эти места, можно судить хотя бы по тому, что, покуда Семенов совершал экскурсию вверх по долине р. Иссык, его спутники охотились на тигра.
  Перевалив через хребты Заилийский и Кунгей Алатау, маленький отряд достиг восточного берега оз. Иссык-Куль и, пробыв здесь лишь несколько часов, повернул обратно. Несколько позднее Семенову удалось посетить и западные берега озера. Это позволило ему выяснить важные вопросы гидрографии Тянь-Шаня.
  В 1856 г. исследователю не удалось проникнуть в Центральный Тянь-Шань. Он лишь наблюдал издали его снежные хребты, поднимающиеся за озером: "С юга весь этот синий бассейн Иссык-Куля был замкнут непрерывной цепью снежных исполинов. Тянь-Шань казался крутой стеной. Снежные вершины, которыми он был увенчан, образовали нигде не прерывающуюся цепь, а так как белоснежные основания их, за дальностью расстояния на юго-западе, скрывались за горизонтом, то снежные вер шины казались прямо выходящими из темно-синих вод озера".
  Пробыв зиму в Барнауле, Семенов вернулся в Верный ранней весной 1857 г.; на этот раз он обследовал значительно большую часть Тянь-Шаня, главным образом на восток и юго-восток от оз. Иссык-Куль. Дойдя до южного побережья озера, он пересек Терскей-Алатау через наиболее доступный Заукинский перевал (перевал Джуука) и оказался в сыртовой области верховий Нарына. Отсюда путешественник повернул назад к Иссык-Кулю. Затем отряд двинулся вверх по долине р. Кокжар к перевалу того же названия.
  С перевала перед глазами Семенова открылась необычайная по грандиозности панорама: "Когда же мы добрались около часа пополудни к вершине горного прохода, то мы были ослеплены неожиданным зрелищем. Прямо на юг от нас возвышался самый величественный, из когда-либо виденных мной горных хребтов. Он весь, сверху донизу, состоял из снежных исполинов, которых я направо и налево от себя мог насчитать не менее тридцати. Весь тот хребет, вместе с промежутками между горными вершинами, был покрыт нигде не, прерывающейся пеленой вечного снега. Как раз посередине этих исполинов возвышалась одна, резко между ними отделяющаяся по своей колоссальной высоте, белоснежная остроконечная пирамида, которая казалась с высоты перевала превосходящей высоту остальных вершин вдвое...
  Небо было со всех сторон совершенно безоблачно, и только на Хан-Тенгри заметна была небольшая тучка, легким венцом окружавшая ослепительную своей белизной горную пирамиду немного ниже ее вершины".
  Три часа ученый пробыл на перевале. Спустившись в долину р. Сарыджаз, Семенов обследовал ее верховья и поднялся, как он пишет, на северные склоны Тенгри-тага по-видимому, северный склон Сарыджасского хребта).
  В долине Сарыджаза исследователь провел несколько дней. В истоках реки он прошел часть громадного ледника, названного им "Ледяным морем", который, как ему казалось, спускался со склонов Хан-Тенгри. Впоследствии Игнатьев назвал этот ледник именем Семенова.
  П. П. Семенов-Тян-Шанский первым из ученых проник в Центральный Тянь-Шань, открыл и описал группу Хан-Тенгри. Исследовать более детально Тенгри-таг и другие горные районы ему не пришлось. Это выпало на долю других ученых. Семенову так и не удалось снова побывать на Тянь-Шане. Но и то, что он сумел сделать, вошло в историю географии как научный подвиг.
  Семенов, конечно, так и не нашел на Тянь-Шане вулканов: "Результатом всех усиленных моих розысков было то, что я решительно не нашел ни вулканов, ни даже вулканических пород в Небесном хребте". Зато путешественник открыл крупные современные ледники, особенно в группе Тенгри-таг, и установил высоту расположения снежной линии в этой горной стране, значительно отличающуюся от известных ее значений для Альп, Пиренеев и Кавказа.
  Семенов составил первую, основанную на фактическом материале схему орографии Тянь-Шаня. До него существовало представление о единой горной цепи в восточной части горной страны, которая за перевалом Музарт разветвлялась к западу на два расходящихся хребта. Озеро Иссык-Куль рисовали севернее этого разветвления горных цепей. Семенов же имел довольно точное представление о хребтах северной части Тянь-Шаня: Заилийском Алатау и Кунгей Алатау (последний он называл Южным хребтом Заилийского Алатау). Он указал, что эти хребты связаны между собой Кемино-Чиликской перемычкой. Что касается Центрального Тянь-Шаня, то исследователь представлял его как вытянутую в общем направлении с СВ на ЮЗ горную цепь с многочисленными отрогами. Южнее и почти параллельно первому, по его мнению, протягивалась другая цепь - Мустаг. В районе Тенгри-тага эта цепь к западу разветвлялась на две, между которыми лежат истоки р. Нарын. Долина Сары-джаз располагается между хребтом Тянь-Шань и группой Тенгри-таг. Семенов изобразил хребты почти прямыми, их дугообразный характер исследователи установили только позднее.
  В течение десяти лет после экспедиции Семенова исследования Тянь-Шаня были гораздо более скромными. Никто из путешественников не смог проникнуть вглубь Центрального Тянь-Шаня и Джунгарии. Карты того времени еще не учитывали материалов, собранных Семеновым. Например, известный географ М. И. Вешоков после посещения долины р. Чу и оз. Иссык-Куль в те же годы издал работу об азиатских границах Русской империи. Но его орографические представления о Тянь-Шане - шаг назад даже по сравнению с данными Семенова.
  Среди путешествий в Тянь-Шань в этот период наиболее замечателен маршрут Шокана Валиханова (1857- 1858 гг.). Переодетый купцом, он пересек с караваном Центральный Тянь-Шань от Верного, мимо Иссык-Куля, через перевал Заукинский (Джуука) к оз. Чатыркуль и далее в Кашгарию. Отправляясь в путешествие по просьбе П. П. Семенова, Валиханов стремился получить сведения о судьбе немецкого исследователя Шлагинтвейта, проникшего в Кашгарию с юга и, по слухам, убитого одним из местных ханов. К сожалению, Валиханов вскоре после возвращения умер, не успев обработать собранные им ценные географические материалы. В 1859 г. капитан генштаба А. Ф. Голубев, определил 16 астропунктов вблизи оз. Иссык-Куль и в долине р. Текес. По его вычислениям оз, Иссык-Куль расположено на высоте 1616,5 м. Таким образом была заложена основа для составления первых точных карт Тянь-Шаня. Через три года (1862-1863 гг.) капитан генштаба А. П. Проценко направился к Иссык-Кулю для обследования перевалов в хребте Терскей-Ала-тау. Он описал по личным наблюдениям перевалы Джу-ука, Барскоун и Улахол и долины Кочкара, Джумгал, оз. Сонкуль и Нарын; по расспросным данным - перевалы Топ и Конур-Улен.
  В эти годы было завершено завоевание Россией восточной части Средней Азии; в 1865 г. был взят Ташкент. Военные власти решили связать линию сырдарьинских укреплений с семиреченскими. Все это значительно облегчило путешествия ученых в Тянь-Шань. Более того, царская администрация даже оказывала содействие исследователям: для закрепления завоеваний в Среднюю Азию выселялись крестьяне из Украины и центральных областей России. Нужно было выявить места, пригодные для заселения.
  Воспользовавшись изменившейся ситуацией, Н. А. Северцов, известный уже исследователь Средней Азии, совершил ряд путешествий по Тянь-Шаню. Первое путешествие 1864 г. было посвящено Заилийскому Алатау, оз. Иссык-Куль, северным предгорьям Киргизского Алатау и частично Чаткалу. В 1865-1866 гг. он совершает ряд маршрутов в окрестностях г. Ташкента, в районе гор Кара-таш и Угамского хребта. Однако наиболее интересным и плодотворным было его последнее путешествие по Тянь-Шаню в 1867 г.
  В середине сентября отряд выступил из Верного, почти тем же путем, что и Семенов, он обогнул с востока оз. Иссык-Куль и вышел к его южному побережью. Здесь русскими войсками уже было построено несколько укрепленных постов (Каракол, Аксу у устья р. Тургень-Аксу и др.), которые могли служить опорной базой для путешествия вглубь Центрального Тянь-Шаня.
  Далее Северцов прошел на запад вдоль южного побережья озера, свернул в долину р. Барскоун и через одноименный перевал вышел в область сыртов Центрального Тянь-Шаня. Проникнув таким образом к истокам Нарына, путешественник увидел к востоку меридиональную группу гор Акшийряк. Спустившись по р. Таргай несколько ниже места ее слияния с р. Курместы, он затем перешел вброд р. Нарын, двинулся на юго-запад и через перевал Улан попал в долину того же названия. Северцов успел осмотреть также долины рек Атбаши и Аксая, т. е. почти достиг южной границы Центрального Тянь-Шаня. Резкие холода наступавшей в горах зимы заставили Северцова и его спутников повернуть обратно. Возвращался путешественник западнее, по другому пути. Он обследовал среднее течение р. Нарын, двигаясь на север, прошел западнее оз. Иссык-Куль и 29 октября прибыл в Токмак.
  Карта Северного и Центрального Тянь-Шаня, которую издал после своих путешествий Н. А. Северцов, состав лена с учетом не только собранных им сведений, но и данных всех путешественников до 1869 г. включительно. На карте уже довольно подробно изображено большое число хребтов и горных массивов. Здесь, за исключением самой восточной части Центрального Тянь-Шаня, где после Семенова никто еще не был, мы можем найти почти все черты современной карты.
  Собранные материалы позволили Северцову сделать некоторые общие выводы о строении этой горной системы и всей Азии в целом. Ученый пришел к выводу, что наиболее правильно описывал Тянь-Шань знаменитый китайский путешественник Сюань Цзян. Сам Северцов в орографическом отношении делил Тянь-Шань на две основные части: восточную и западную, разграниченные горной группой Хан-Тенгри. Восточная часть - это один главный хребет, водораздел между бассейнами рек Или на севере и Тарима на юге. В западной же части - запутанная система плоскогорий-сыртов и отдельных более или менее коротких хребтов. Эту черту Северцов считал вообще свойственной орографии Азии. Исследователь полностью отвергал представления Гумбольдта о вулканической природе Тянь-Шаня и выдвинул теорию
медленного поднятия его хребтов, что для геологической науки того времени было революционным.
  В 1867 г., несколько ранее, чем Северцов выехал в свое последнее путешествие по Тянь-Шаню, туда направились рекогносцировочные партии Краевского, прошедшего среднюю часть долины р. Нарын, и Полторацкого, почти полностью пересекшего (впервые после Валиханова) Тянь-Шань с севера на юг. Вместе с Полторацким, обследовавшим горный проход Музарт, путешествовал ботаник Ф. Р. Остен-Сакен, собравший богатую коллекцию флоры Южного Тянь-Шаня.
  В следующем году Буяновский барометрически определил высоты ряда пунктов Тянь-Шаня, а в 1869 г. большое путешествие по южной части этой страны совершил Каульбарс, исследовавший возможные пути, пересекающие Тянь-Шань. В составе этой экспедиции были топографы Петров и Рейнгартен. Путешественники двинулись мимо восточного края оз. Иссык-Куль к долине Нарына. Они исследовали ее вплоть до истоков реки в хребте Акшийряк, затем двинулись на запад вдоль хребта Кокшаал-тау мимо оз. Чатыркуль. Отсюда экспедиция повернула на север и завершила свой маршрут в долине Таласа. В хребте Акшийряк открыли и описали ряд ледников: Муз-тур, Петрова, Акшийряк, Иирташский и др.
  Начиная с 1869 г. центр тяжести исследований переносится в более западные районы Средней Азии, в основном на Памир и на территорию нынешней Туркменской ССР. Путешествия в Тянь-Шань до самого конца XIX в. носят в основном эпизодический характер и направляются в отдельные районы этой горной страны.
  В период 1870 -1872 гг. Каульбарс, затем А. Шепелев и Л. Костенко обследуют район Музартского прохода, восточнее группы Хан-Тенгри. В 1884 г. профессор ботаники В. В, Сорокин совершает краткосрочную (18 дней) поездку к Иссык-Кулю, в ущелья северных склонов Терскей-Алатау и далее на юго-запад к оз. Сонкуль и, наконец, через Джумгэл и Сусамыр в низовья Нарына - в г. Наманган.
  Наиболее интересной была предпринятая в 1886 г. по инициативе П. П. Семенова и И. В. Мушкетова экспедиция Русского географического общества во главе с горным инженером И. В. Игнатьевым, которая должна была продолжить исследования района Хан-Тенгри: выяснить орографическую связь между Тенгри-тагом, хребтом Терскей-Алатау и восточным продолжением Тянь-Шаня -Музартом. Кроме того, исследователи должны были выяснить ряд геологических особенностей района, а также изучить современное и древнее оледенение этой части Тянь-Шаня. 16 июля караван экспедиции вышел из Пржевальская и через долину Тургень-Аксу двинулся к р. Сары-джаз. Проникнув к истокам реки, экспедиция поднялась на ледник, который П. П. Семенов образно назвал "Ледяным морем". Игнатьев предложил переименовать его в честь Семенова. Над верховьями ледника поднимаются могучие контуры Хан-Тенгри. Участники экспедиции решили, так же как ранее Семенов, что ледник стекает со склонов этого пика. Двигаясь далее к югу, в верховьях р. Адыртор, притока Сарыджаза, Игнатьев нашел большой ледник, параллельный леднику Семенова. Экспедиция присвоила этому леднику имя Мушкетова, известного исследователя Русского Туркестана.
  Плохая погода помешала Игнатьеву и его спутникам подняться в верховья ледника Мушкетова, и они отправились дальше. Несколько дней спустя, перевалив через хребет Сарыджаз, путешественники попали в долину р. Иныльчек - следующего притока все той же Сарыджаз. Река Иныльчек вытекала из-под могучего ледника, открытого Игнатьевым. Вся поверхность его на много километров покрыта хаосом нагромождений каменных обломков. И этот ледник, показалось Игнатьеву, стекает с тех же гор, что и ледники Семенова и Мушкетова. Экспедиции Игнатьева так и не удалось проникнуть к пику Хан-Тенгри. Загадка горного узла оставалась неразгаданной.
  Неудача Игнатьева естественна. Для успешного продвижения вверх по громадным ледникам недостаточно быть энергичным исследователем. Необходимо хорошо владеть приемами передвижения по льду, которыми обычно пользуются альпинисты; нужно также иметь специальное снаряжение. Из отчета Игнатьева видно, какие трудности представила для него и его спутников даже небольшая экскурсия на ледник Семенова: "Упираясь при помощи длинных шестов с острыми концами, мы постепенно поднимались на вершину холма, где должны были отдыхать, так как нами овладевала сильная одышка от разреженного воздуха. Отдохнув, мы должны были спускаться с крутого ледяного склона, что представляло новые затруднения: при крутом склоне, градусов до 30, очень трудно удержаться шестами, железные концы которых скользили по твердому льду, так же как и подковы с шипами на наших сапогах; приходилось вырубать ступени, Продвигались вперед вообще благополучно, хотя не обходилось без падения и скатывания с крутых склонов".
  Из долины Сарыджаз через ранее неизвестный перевал Нарынкол путешественники попали в долину р. Текес. 16 августа они прибыли в поселок Охотничий, откуда совершили экскурсию к оз. Бородобосуиг. Отсюда впервые был сфотографирован пик Хан-Тенгри. 22 августа Игнатьев двинулся к Музарту, а топографы экспедиции, находившиеся в долине Баянкола, определили высоту пика - она оказалась равной 24000 ф. (7320 м).
  Значительных успехов добился ботаник А. Н. Краснов, участник этой же экспедиции. В долине р. Куйлю он открыл неизвестный ледник (семь других ледников он обнаружил в горной группе Мирташа), Краснов завершил свой маршрут, перевалив через Бедель в Кашгарию.
  В результате работ Семенова и Игнатьева сложилось мнение, что Хан-Тенгри представляет собой узел, из которого как лучи во все стороны расходятся хребты Тянь-Шаня. Естественно поэтому, что большая часть последующих экспедиций в Центральный Тянь-Шань стремилась проникнуть именно к этому пику.
  В 1889 г. Тянь-Шань через перевалы Барскоун и Бедель пересекла экспедиция Певцова. Десять лет спустя, французский исследователь Сент Ив прошел через горную страну западнее, долиной р. Нарын, и через перевал Яасы достиг Ферганы. В том же году караван венгерской экспедиции Альмаси и доктора Штуммер-Трауенфельса подошел к массиву Тенгри-таг. Два месяца провела экспедиция в долине Сарыджаза и ее окрестностях, охотясь и собирая этнографические и зоологические коллекции. Попыток проникнуть вверх по ледникам Альмаси не делал.
  Летом 1900 г. в долину Сарыджаза впервые прибыли альпинисты. Князь Боргезе и доктор Брокерель с известным швейцарским проводником Цурбриггеном решили стяжать славу победителей пика Хан-Тенгри. С трудом провели они свой караван через перевал Тюз. Экспедиция достигла долины Иныльчека, но подступы к леднику и путь по нему оказались столь трудными, что путешественники отступили. Они убедились, что с лошадьми по леднику пройти не смогут; достаточного же числа носильщиков не было. Тогда Боргезе решил искать подступов к пику с юга, из Синцзяна. Но и туда альпинистам не суждено было попасть. Сначала караван остановили бурные воды реки Куюкап. Вскоре известие о начавшейся в Китае войне заставило путников повернуть обратно.
  Боргезе, Брокерель и Цурбригген совершили несколько восхождений. Пытаясь разглядеть пик Хан-Тенгри с других вершин, они не раз ошибались, принимая за него то один, то другой пик. Наконец, им посчастливилось. Они поднялись на седловину между вершинами Каинды-тау и Картыш в хребте Каинды, отделяющем ледник Каинды от ледника Иныльчек. С седловины - они назвали ее перевалом Акмойнак (4560 м) -альпинисты увидели, что ледник Иныльчек имеет две ветви, и решили, что путь по нему - единственный подход к Хан-Тенгри. Боргезе и его спутники преследовали только спортивные цели и никаких выводов об орографии района не сделали.
  В 1902 г. к сердцу Небесных гор почти одновременно двинулись две экспедиции. Одна из них выехала из г. Томска, возглавлял ее профессор ботаники В. В. Сапожников; другая экспедиция известного немецкого географа и альпиниста профессора Мерцбахера.
  Свое первое путешествие по Центральному Тянь-Шаню Сапожников начал из Верного 23 мая. Исследователь пересек Терскей-Алатау. Посетив несколько долин на южных склонах хребта, он снова вернулся к Иссык-Кулю в г. Пржевальск, а отсюда по долине р. Тургень-Аксу двинулся вглубь Центрального Тянь-Шаня. Пройдя перевал Карагыр, часть долины р. Оттук и перевал Терпу, Сапожников достиг р. Куйлю. Поднявшись вверх по ее долине до перевала Куйлю, он обследовал плато Арпатектор и долину р. Курусай, правого притока Куйлю. Здесь встретилось несколько ледников, а в верховьях Куйлю и в одноименном хребте, поднимавшемся над долиной с юга, ряд снежных вершин высотой более 5000 м, в том числе. Самая высокая вершина у восточного окончания хребта - пик Эдуарда (около 6000 м) (Название дано Альмаси, видевшим вершину из долины Сары-джаз). Через перевал Куйлю Сапожников спустился в долину р. Иирташ и прошел всю ее верхнюю часть до устья р. Ортоташ. Здесь исследователи свернули на север и пересекли хребет Теректы одноименным перевалом, с которого удалось осмотреть южные склоны хребта Куйлю. Таким образом, впервые был обследован большой горный район между долинами рек Куйлю и Иирташ, на запад от долины Сарыджаза. Анализируя направление хребтов этой части горной страны, Сапожников также решил, что "все пять складок на востоке сходятся в группе Хан-Тенгри...". Этот вывод совпадал с мнением Семенова и Игнатьева. Сапожников не ограничивается этим; далее он указывает: "... на западе они собираются в два горных узла, причем Западный Акшийряк охватывает собой меньший в верховьях р. Куйлю и Теректы...". Он "принимает в себя, считая с севера на юг... Терскей-тау, хр. Ишигарт и Кокшаал; узел Теректы соединяет... хр. Куйлю и Теректы". Оба узла соединяются одной из складок хребта Терскей-Алатау. Исследователь разбирает также орографию области, примыкающей с запада к группе Акшийряк.
  На последнем этапе работы экспедиция посетила долину Сарыджаза, пройдя ее от долины Куйлю до верховий, откуда путешественники перевалом Ашутер (у Сапожникова - Нарын-кол) проникли в долину Баянкола. По пути Сапожников поднялся по леднику Семенова до высоты 3783 м, где открытый лед сменялся сплошным снежным покровом. Хан-Тенгри увидеть отсюда не удалось, он был закрыт облаками. Чтобы произвести определение высоты вершин, Сапожников 7 июля поднялся по правым склонам долины Ашутора. Перед исследователем открылась панорама могучих снежных вершин: "Такого обилия снега я ни прежде, ни после не видел нигде"3. Высота Хан-Тенгри, определенная Сапожниковым, оказалась равной 6950 м.
  Во время экспедиции Сапожников и его спутники, особенно М. Фридрихсен, производили съемку местности, послужившую основой для составления карты Центрального Тянь-Шаня. Естественно, что изображение хребтов в районе, непосредственно примыкающем к пику Хан-Тенгри, на ней весьма нечетко, хотя в целом карта внесла много нового.
  Схема хребтов Центрального Тянь-Шаня по МерцбахеруПроникнуть к пику Хан-Тенгри Сапожников не пытался. Эту цель поставил себе Мерцбахер - один из крупнейших альпинистов своего времени. Его спутники тоже имели незаурядную альпинистскую подготовку.
  Вначале Мерцбахер попытался проникнуть к Хан-Тенгри из Баянкольского ущелья, но вскоре убедился, что долина не приведет его к цели: другая большая вершина замыкала ущелье, поднимаясь вверх двухкилометровой стеной. Мерцбахер назвал ее "Мраморной стеной",- в обрывистых склонах пика были видны пласты превосходного мрамора.
  Первая неудача не разочаровала исследователей. Чтобы уточнить положение Хан-Тенгри, путешественники совершили ряд восхождений на вершины высотой до 5500 м. Но и это ничего не дало: вершины, как оказывалось, были выбраны неудачно, подступы к Хан-Тенгри разгадать не удалось. Нужно было искать другие пункты для обзора. Тогда экспедиция направилась в долину Сарыджаза. Поднявшись здесь почти на любую из окружающих вершин, можно увидеть пирамиду Хан-Тенгри и ущелья, отходящие от пика на восток. Но по какому из них добраться к подножию пика? Этого Мерцбахер не знал.
  схема истинного расположения хребтов Центрального Тянь-ШаняПредшественникам Мерцбахера казалось, что ледник Семенова стекает со склонов пика Хан-Тенгри. Мерцбахер читал об этом. Чтобы проверить эту догадку, он поднялся на вершину, поднимавшуюся над северным берегом ледника, Когда восходители достигли высшей точки горы и разобрались в открывшейся перед ними панораме, их снова постигло разочарование: гора, с которой стекал ледник Семенова, оказалась, по-видимому, все той же Мраморной стеной.
  Следующим на юг был ледник Мушкетова. Но и в его верховьях не оказалось таинственного пика. Борьба с суровой природой высокогорного Тянь-Шаня - нелегкое дело. Во время одного из восхождений, чуть было не закончившегося трагически, альпинистам - участникам экспедиции пришлось испытать на себе коварные свойства сухого порошкообразного снега, столь характерного для Тянь-Шаня. Они уже были недалеко от вершины, когда под их тяжестью сухой снег, непрочно лежавший на склоне, начал сползать вниз. Возникла лавина. Мощный поток снега увлек четырех восходителей и со все возрастающей скоростью устремился вниз. Люди спаслись случайно: пролетев около двухсот метров с лавиной, они попали в трещину на склоне. Выбравшись из снега, альпинисты не решились продолжать подъем. Если бы они были настойчивей и все же добрались бы до вершины, то увидели бы ледник Северный Иныльчек и пик Хан-Тенгри в его верховьях. Но... они отступили.
  После обследования бассейна ледника Мушкетова Мерцбахер прошел в долину Иныльчека, но к верховьям ее не поднялся. Экспедиция направилась через Музартский перевал в Китай. Поиски неуловимого пика были оставлены до следующего года.
  Вновь наступило лето, И опять Мерцбахер исследует ледники Баянкольский, Семенова и Мушкетова, пополняя свои прошлогодние наблюдения. Приходит он и в долину Иныльчека. Здесь, наконец, снова была найдена разгадка Хан-Тенгри.
  Экспедиция с большим числом носильщиков поднялась по леднику Иныльчек. Караван прошел около 18 км, пробираясь через груды каменных обломков, скрывавших лед. Путники остановились: долина впереди раздваивалась. Из боковой долины, уходящей на северо-восток, выползал еще один могучий ледяной поток. Над ним, уходя в небо снежными вершинами, вставала цепь высоких гор.
  Оказалось, что Альмаси был прав: Иныльчек состоит из двух ветвей, разделяющихся высоким хребтом.
  По какому ущелью двигаться дальше? Наблюдения говорили, что искать Хан-Тенгри нужно в верховьях северной ветви. Путешественники шли по левому, южному краю ледника. Чтобы подойти к месту впадения северной ветви, пришлось пересечь весь ледник, растекающийся по широкому ущелью более чем на 3 км.
  Казалось, цель близка. Но... устье Северного Иныльчека было перегорожено во всю ширину большим ледниковым озером. По зеленоватой воде плавали красивые айсберги; крутые скалистые берега обрывались к озеру... Путь был надежно закрыт: ни переправиться, ни обойти озеро невозможно. Уже найденное решение ускользало. Можно было подняться дальше по южной ветви, но вел ли тот путь к пику?
  Помог испытанный прием: еще одно восхождение, и с одной из вершин на южном берегу ледника Мерцбахеру удалось разглядеть контуры уже знакомой вершинной пирамиды Хан-Тенгри. Нужно было двигаться вперед, и двигаться быстро: запасы продовольствия кончались, а до базового лагеря было далеко.
  Еще на полтора десятка километров вверх по леднику поднялись измученные, голодные носильщики экспедиции. Дальше они не пошли. Вперед двинулись только Мерцбахер с двумя тирольцами (альпийскими проводниками, из состава экспедиции). Вскоре они вышли на фирновые поля, лежавшие здесь уже сплошным покровом. По плотному снегу идти было значительно легче.
  Пять часов непрерывной быстрой ходьбы по снегу. Спускающиеся с хребта отроги ограничивают видимость. Что скрывается за ними? Быть может, снова путников ожидает разочарование и загадка пика останется нерешенной?
  Почти внезапно из-за выступа скал показалась сверкающая снегом вершина. Еще несколько быстрых шагов, и ничем не скрываемая перед путниками поднимается мраморная пирамида "Повелителя духов". Она теперь видна вся, от подножия до вершины.
  Сразу стало очевидным, что Хан-Тенгри не только не узел крупнейших хребтов Тянь-Шаня, но даже не принадлежит ни одному из них и расположен в самостоятельном коротком хребте, разделяющем оба ледника Иныльчек. Высоту вершины Мерцбахер определил в 7200 м.
  Пытаясь разобраться в расположении хребтов Тянь-Шаня, он решил, что узлом является виденная им в Баянкольском ущелье Мраморная стена. И хотя Мерцбахер ошибся, но мнение его много лет разделялось всеми географами. Снова Мерцбахер посетил Тянь-Шань в 1907 г., но возле Хан-Тенгри больше не был.
  После 1903 г. экспедиции в Центральный Тянь-Шань довольно редки, во всяком случае нет ни одной, равной по значению предпринятым Мерцбахером и Сапожниковым. В 1906 г. венгерский геолог Г. Принц, отправившись, из г. Андижана, прошел вдоль Центрального Тянь-Шаня: через долины Нарын, Сарыджаз, Баянкол и Текес. На, обратном пути он посетил оз. Иссык-Куль. Повернув отсюда на юг, пересек долины верхнего течения Нарына и вышел к хребту Кокшаал-тау. Через три года Принц, снова прибыл в Тянь-Шань, на этот раз он сразу же направился к северным склонам западной части Кокшаал-тау, Здесь путешественник посетил малоисследованное плато Аксая, пересек хребет и вышел на юг в Кашгарию. Принц обследовал неизученные долины рек Урюк-Сай и Контавтау и дошел до р. Кокшаал. В том же 1909 г. южные склоны Кокшаал-тау посетил также Гребер, а горный инженер К. И. Аргентов совершил ряд маршрутов в районе оз. Чатыркуль и в долинах Атбаш и Аксай, т. е. на северных склонах того же хребта. В 1910 г. начинают работать экспедиции Переселенческого управления, но они сперва направляются к западной части горной страны, и лишь в 1912 г. одна из них, во главе с В. В. Сапожниковым, проникает в Центральный Тянь-Шань. На этот раз исследователь начал с обследования района Кетменьского хребта (на северо-восток от г. Алма-Ата). Он посетил долины рек Текеса и Баянкола. Закончив работу в этом районе, экспедиция двинулась в долину р. Сарыджаз. Не сумев подняться на ледник Мушкетова (он был скрыт облаками), Сапожников двинулся дальше на юг, перевалил через Сарыджасский хребет (перевал Тюз) в долину Иныльчек, затем через перевал Ат-джайляу в долину р. Каинды. Здесь члены экспедиции поднялись на ледник и шли по нему более четырех часов, но до конца поверхностной морены, до "чистого льда", так и не добрались. Из долины Каинды путешественники двинулись далее на юг, через перевалы Уччат и Кара-арча и достигли р. Караарча. Попытка проникнуть дальше по ущелью р. Чичар не удалась: узкий каньон оказался непроходимым. Таким образом, Сапожников проник в южную часть хребтов группы Хан-Тенгри так же далеко, как Мерцбахер и Боргезе. Обратный путь экспедиции лежал несколько западнее и привел ее в низовья р. Иныльчек. Пройдя перевал Тюз, она снова оказалась в долине Сарыджаза. Сапожников посетил низовья долины Куйлю и обследовал ее северные притоки. На этом маршрут в Центральном Тянь-Шане закончился: через перевал Терпу, долину Оттука и перевал Карагыр путники прибыли в долину Тургень-Аксу и г. Пржевальск.
  В том же 1912 г. Туркестанский военный округ проводил топографическую съемку большей части территории Тянь-Шаня. Топографы подошли и к языкам ледников группы Хан-Тенгри, но отряд их был очень малочисленным и плохо оснащенным. "При наличии 5 человек рабочих и 2 казаков невозможно было делать попыток хотя бы бегло обследовать эти ледяные пространства, а съемка, даже только маршрутная, возможна в случае организации особой экспедиции, обставленной надлежащим образом". Альпинистов среди топографов не было.
  По данным съемки 1912 г., высота Хан-Тенгри оказалась равной 22940 ф. (6992 м). Долгое время эта цифра была на картах. Впрочем, топографы ошиблись всего лишь на несколько метров.
  Шли годы. Горы стояли в суровом молчании. Лавины с грохотом низвергались по крутым склонам. Бурные реки несли свои пенистые воды. Но никто не пытался вновь проникнуть к таинственным высотам Тенгри-тага. В условиях царской России так и не удалось организовать настоящее исследование этого интересного района.
  В 1914 г. в районе оз. Иссык-Куль работал геолог Н. Г. Кассин, а в следующем году В. В. Резниченко с гидрологической партией посетил Капкак, Текес и Каркару. Он собрал значительный материал о геологии и оледенении северной части Тенгри-тага.
  К тому времени, когда началось исследование Центрального Тянь-Шаня советскими путешественниками и учеными, в его орографии все еще оставалось много неясных вопросов. Большинство ущелий и ледников в самой высокой, восточной части горной страны, вблизи группы Хан-Тенгри еще не было пройдено путешественниками. О группах Кулюта и Акшийряк были лишь весьма общие представления. На большинство ледников и тем более вершин гор в этих районах и в центральной части хребта Кокшаал-тау еще не ступала нога исследователя. Никто не пытался пройти каньоны, пропиленные в Кокшаал-тау реками Сарыджаз и Узенгигуш. Естественно, что так же, как и для расшифровки "белого пятна" Памира, здесь потребовалось участие альпинистов. Именно поэтому, очевидно, исследования возобновились в первую очередь в районе Хан-Тенгри. Параллельно шло углубленное всестороннее изучение природы Центрального Тянь-Шаня. Большую роль в этом деле сыграла Тяньшанская географическая обсерватория, построенная Академией наук в долине р. Кумтер, в 6 км от ледника Петрова.
  Первые группы советских путешественников направились к леднику Иныльчек в 1929 г. Сперва это были лишь рекогносцировки альпинистов и туристов, но с 1931г. в составе Украинской экспедиции работает уже ряд научных работников разных специальностей. Постепенно выявлялось строение хребтов района, особенности и детали его исключительно мощного и своеобразного оледенения.
  В 1929 г. Н. Н. Пальгов совершил весьма интересное путешествие к северным склонам центральной части хребта Кокшаал-тау. Здесь в верховьях рек Аксу и Узенги-гуш он открыл ряд крупных, никем не описанных ледников; до него в этом районе лишь топографы, производившие в 1912 г. съемку, отметили значительное оледенение.
  В 1932-1933 гг. в связи с проведением 2-го международного полярного года (МПГ) число экспедиций в Центральный Тянь-Шань увеличилось. В течение двух лет в области между хребтами Терскей-Алатау и Барколдой работали экспедиции во главе с С. В. Калесником. Базируясь в районе обсерватории, они исследовали оледенение этих мест, открыли и подробно описали ряд ледников хребта Акшийряк, выявляли строение рельефа и геологию района. Посетили они и ледник Семенова в долине Сарыджаз. В 1933 г. было намечено обследовать северные склоны Кокшаал-тау, но из-за позднего начала работ экспедиция была вынуждена ограничиться небольшим участком хребта Кокшаал-тау между перевалами Пикертык и Бедель. В 1934 г. природу сырта Центрального Тянь-Шаня в районе плато Арабельсу обследовала небольшая группа Ленинградского университета во главе с профессором Д. Н. Кашкаровым.
  Более подробное обследование ледников хребта Барколдой, а затем и северных склонов хребта Кокшаал-тау выпало на долю группы туристов Московского Дома ученых во главе с профессором А, А. Летаветом. Проникнув в 1933 г, через перевал Кубергенты в урочище Кагалячай, группа посетила открытый Пальговым ледник Комарова и соседний, еще не исследованный ледник Пальгова, а затем двинулась на восток, вниз по течению р. Узенгигуш. Свернув на юг, в ущелье р. Джурек, туристы обследовали еще один неизвестный ледник. Они назвали его именем С. Г. Григорьева. В следующем году А. А. Летавет снова приехал в эти места и двинулся далее на восток. Он стремился обследовать прорыв Кокшаал-тау рекой Узенги-гуш. Посетив ущелье р. Чонтурасу, туристы открыли там большой ледник, окруженный рядом красивых вершин. Ледник был назван именем Корженевского. Группа вскоре повернула в обратный путь, так и не сумев пробиться к каньону р. Узенгигуш, Снова побывали в этих местах альпинисты лишь в 1938 г.- это была спортивная группа общества "Крылья Советов" во главе с Б. Симагиным. Поднявшись на ледник Григорьева, альпинисты направились к вершине пика, названного ими "Крылья Советов". Непогода помешала им достичь высшей точки горы.
  Исследования в районе пика Хан-Тенгри продолжались все эти годы. Завершив в основном обследование ледников Северный Иныльчек, альпинисты направились в долину р. Куйлю. Здесь были покорены лики Советской Конституции и Карпинского. Первая вершина - наиболее высокая в хребте, по-видимому та же, которую раньше именовали пиком Эдуарда. Альпинисты установили, что высота ее была определена неверно, она достигает лишь 5250 м, а не 6000 м, как предполагали ранее.
  Во время восхождения на пик Карпинского А. А. Летавет обратил внимание на ранее неизвестную вершину. "Она виднелась далеко на восток, несколько южнее пика Хан-Тенгри и, казалось, не уступала ему в высоте". В следующем, 1938 г, была организована экспедиция для восхождения на эту вершину, названную пиком ХХ-летия ВЛКСМ. В 1943 г. при точной топографической съемке было установлено, что она наиболее высокая в Тянь-Шане и вторая по высоте в стране. Тогда же она была переименована в пик Победы (7439 м).
  Альпинисты и впоследствии бывали в долине Куйлю. В 1951 г. ее посетила группа Е. А. Казаковой и В. В. Немыцкого, а через два года альпинисты Узбекистана повторили восхождение на пик Советской Конституции.
  Ледники северной части Тенгри-тага, стекающие в долину Баянкола, впервые после Резниченко обследовали участники экспедиции 1935 г. Тогда группа В. В. Немыцкого открыла перевал через хребет Терскей-Алатау, пройдя им на ледник Семенова и в долину Сарыджаз. Съемка этого района в 1943 г. и исследовательская работа спортивной экспедиции А. А. Летавета в 19.46 г. сыграли большую роль в решении одного из последних неясных вопросов орографии Центрального Тянь-Шаня. Было установлено, что пик Мраморная стена не является узлом, из которого радиально расходятся хребты Тянь-Шаня. А в 1953 и 1954 гг. экспедиция казахских альпинистов, а затем и группа В. Ф. Гусева точно установили место стыка хребтов Терскей-Алатау и Сарыджаз.
  С середины 30-х годов исследователи Центрального Тянь-Шаня все более переходят от путешествий с задачами общегеографического описания и выяснения орографии страны к планомерному и углубленному изучению ее строения и природы. По-прежнему в этом деле ведущую роль занимает Тяньшанская станция Академии наук. 

Тянь Шань  РЕЛЬЕФ
  Тянь-Шань - одна из самых больших и высоких горных систем Азии и всего мира. Большая часть хребтов Тянь-Шаня имеет типичный горно-ледниковый "альпийский" рельеф, однако наряду с резкими гребнями и острыми вершинами в центральном и внутреннем Тянь-Шане располагаются сырты - поверхности выравнивания, плоские, полого падающие широкие долины, сохранившиеся в верхнем поясе гор, и межгорные просторные впадины, расположенные в среднем и нижнем поясах гор. Сырты и днища высокогорных долин во Внутреннем и Центральном Тянь-Шане покрыты травянистой растительностью, и являются пастбищами. На склонах хребтов интенсивно развиваются эрозийные процессы, образуются осыпи, камнепады, оползни, в ущельях - сели. 

Тянь Шань  КЛИМАТ
  Удаленность от океанов, значительная приподнятость и сложный сильнопересеченный рельеф обусловили континентальность климата региона. Характерны значительные колебания температур как по сезонам года, так и в течение суток, пониженное или умеренное количество осадков и относительная сухость воздуха.
  Высокие горные хребты затрудняют доступ влагоносным воздушным течениям, и на большей части Центрального Тянь-Шаня в среднем за год выпадает от 200 до 300 мм. Осадков. Однако в средне- и особенно в высокогорных районах осадков больше. Так, на высоте 3000м выпадает около 420 мм осадков, на 3500м - до 570 мм, на 4000м - более 750 мм. Основная масса осадков (около 85%) в регионе приходится на теплое время года - на май-июль, минимум - на декабрь-январь.
  По многолетним данным метеостанции Нарын, расположенной в долине на высоте 2049м, годовая температура воздуха 2,5°, температура января - 17,4°, абсолютный минимум: -32°. Сумма активных температур составляет 2082°, продолжительность безморозного периода - 144 дня, периода с температурой выше 10° -142 дня. Относительная влажность воздуха в теплое время года колеблется от 40 до 55%, а зимой достигает 80%.
  Снеговой покров ложится в середине ноября, средняя высота его к концу февраля - началу марта достигает 25 см. Таяние снега начинается в первой декаде марта, а окончательно сходит он в конце апреля. Последние весенние заморозки бывают в конце апреля, а первые осенние - в конце сентября. Преобладают восточные и западные ветры, наибольшая их скорость (до 20-25 м/с) наблюдается днем во второй половине лета. Зимой, как правила, стоит безветренная тихая погода.
  В горах климат суровее. Повышается влажность, уменьшается продолжительность безморозного периода. На высотах 3400-4000 м заморозки могут повторяться в течение всего теплого времени года, а осадки выпадают, как правило, только в виде снега. В среднегорье температура воздуха в июле составляет 10-15?. Зима в горах более продолжительная и холодная. В январе температура воздуха в среднегорье: -15-20° мороза, абсолютный минимум достигает здесь -45°. На остепненных склонах южной экспозиции в обычные зимы устойчивого снежного покровы практически не бывает. По склонам северных экспозиций он достаточно глубок и держится в течение всей зимы. Ранней весной нередко сходят лавины, предвещая скорое пробуждение природы. 

РАСТИТЕЛЬНЫЙ МИР

Растительный покров горно-степных ландшафтов, распространенных на высотах от 2200 до 3000 м, представлен в основном дерновинными и ковыльными горными степями. Здесь часто встречаются скальные обнажения и каменистые осыпи. Горные степи, занимая наиболее прогреваемые склоны, почти всю зиму остаются без постоянного снежного покрова, что привлекает сюда травоядных животных.

Летом для горных степей характерны наиболее высокие для региона температуры воздуха и почвы. В это время начинается рост полыни, тимьяна, эфедры и т.д. В конце июля, когда растительность горных степей начинает усыхать, склоны приобретают однотонный желтовато-серый оттенок, зеленеют лишь кустарники и полукустарники.

Горно-луговые комплексы - довольно частое явление на территории Центрального Тянь-Шаня, они очень разнообразны. Состав среднегорных лугов на черноземных почвах очень богат, на площади 1 м2 насчитывается до 30 видов трав.

Поиск по сайту



Мы в социальных сетях
Вконтактеvk.com
Мой мирmy.mail.ru
info@trekkingclub.kz +7 727 229 31 04